Сон и рыбалка с заземлением

Сон и рыбалка с заземлениемПосле встречи с Клинтом я приобрел один из его прототипов-наматрацников и стал спать заземленным. Прочитать остальную часть записи »

Медицина «земли-тела»

Медицина «земли-тела»Клинт, вооруженный знаниями об электричестве и заземлении кабельных телесистем, теперь начал усилен-но изучать физиологию и иммунную систему. И ему не потребовалось много времени, чтобы сообразить, что к чему.

Прочитать остальную часть записи »

Новые рубежи исцеления

Новые рубежи исцеленияЕсли уж на то пошло, я чувствовал, что врата к новым рубежам исцеления были открыты человеком, от которого меньше всего этого можно было ожидать! За десятки лет занятий медициной мне доводилось слышать бесчисленные зажигательные речи величайших и наиболее почитаемых медицинских экспертов — докторов, ученых, профессоров, нобелевских лауреатов. Клинт Обер ничем таким не являлся.

Прочитать остальную часть записи »

Открытие кардиолога: история стива синатры

Открытие кардиолога: история стива синатрыБудучи сторонником интегративной кардиологии, я, помогая своим пациентам-сердечникам, использую как официальные, так и альтернативные методы медицины. Такой подход всегда давал превосходные результаты и для меня как врача, и для моих пациентов.

Прочитать остальную часть записи »

Дальнейшие трудности: постели, супруги и мода

Дальнейшие трудности: постели, супруги и модаМое первое связанное со сном исследование, опубликованное в 2000 г., наделало много шума. Меня стали осаждать люди, желающие приобрести наматрацники и коврики для кроватей.

Внезапно образовался спрос на этот «квазипродукт».

Тогда я этого не сознавал, но мне пришлось сделаться чем-то вроде дизайнера заземляющих принадлежностей. Позднее, когда я стал заземлять представителей спортивного мира, оказалось, что спортсменам не нужны наматрацники, покрывающие всю кровать: их слишком сложно было возить с места на место.

Они хотели получить нечто такое, что можно скатать, сложить в небольшую сумку и взять с собой во время переездов.

Так появился на свет восстановительный спальный мешок: проводящие серебряные нити были вплетены в хлопчатобумажные простыни, сшитые вместе наподобие спального мешка.

Эти товары появились как в результате спроса со стороны людей, которые были наслышаны о заземлении, так и моего желания развивать научные исследования.

И все это началось на добровольной основе, с лент проводящего скотча и проводного соединения с заземленным стержнем!

Такие системы я использовал в Аризоне для себя, своих друзей и других заинтересованных людей.

Все это были самоделки. Никаких изысков.

По мере развития событий люди захотели получать нечто более утонченное.

Некоторым нужны были простыни, поэтому я начал консультироваться с экспертами в области производства тканей.

Сначала я остановился было на полиэстере с карбоновой нитью.

Но простыни из полиэстера никому не были нужны, поэтому я переключился на хлопок с проводящими серебряными нитями. Разработка этой продукции обошлась мне более чем в миллион долларов и заняла до четырех лет. Сначала мне пришлось искать производителей, которые изъявили бы желание работать с тем, что причиняло им дополнительные неудобства, а затем тестировать и вновь тестировать результаты.

Все это были продукты-прототипы, производство которых стоило немалых денег, а я по большей части просто раздавал их бесплатно спортсменам, врачам, ученым и их родственникам. Дело росло как на дрожжах.

Я избавлялся от одной модели, затем заказывал следующую, потом получал партию новых материалов, после чего следовал еще один шквал заказов и запросов.

Никогда в жизни не думал, что сподоблюсь работать в индустрии, связанной со сном или производством постельного белья! В начале всей этой истории многие врачи стали заказывать у меня продукцию для своих пациентов.

Один из них как-то позвонил мне и спросил, не найдется ли у меня своего рода «полунаматрацника» — простыни, которая покрывает не всю кровать. Я поинтересовался, зачем она ему понадобилась.

Он сослался на семейную проблему.

Семейную проблему?! Оказалось, дело вот в чем: если проводящий наматрацник покупала жена, муж нередко сердился и ворчал, что не желает иметь с этим ничего общего, что это пустая трата денег.

Если же простыню приносил домой муж, жена заявляла, что это глупости, и требовала убрать эту гадость с ее стороны кровати.

В те годы последним писком моды в области постельного белья была ткань с наивысшей возможной плотностью. Самыми модными были простыни, плотность ткани которых доходила до 300, потом 600, 1200 и даже 2400 [нитей на дециметр].

Считалось, что чем выше показатель плотности, тем роскошнее, мягче и тоньше становится ткань.

Это представление завоевало широкую популярность, но некоторые эксперты считают, что более высокая плотность ткани означает лишь более впечатляющее число на ценнике.

Короче говоря, тут-то я и попался.

Если постель была застелена чем угодно, кроме тканей с высокой плотностью, — все, считай себя человеком, потерянным для моды. Помимо этого была проблема цветового дизайна, который должен был соответствовать декору дома и личным вкусам обитателей.

В типичной семье ни один предмет не попадет на кровать без разрешения женщины.

Так что нельзя просто взять и застелить чем-то кровать — каковы бы ни были возможные плюсы для здоровья.

Мне эти посторонние проблемы были не нужны.

И однажды я решил изготовить половинную простыню, которую можно было бы разместить поперек матраца в изножье кровати.

Ноги касаются ее, и получается «босоногое» подключение, как если стоять босыми ступнями на земле. Эту полупростыню можно было также натягивать и вдоль кровати — в том случае, если один из супругов не желает к ней прикасаться.

Половинные простыни избавили меня от этой «головной боли» — а заодно и снизили хронические болевые ощущения у многих спавших на них людей.